August 13th, 2020

то ли дело Июнь...

Грустнее всего в конце лета сухие листья и ветки в цветочных бордюрах чужих садов. Их с каждым днем все больше и больше, хотя вначале может быть никто и не заметил бы один засохший стебелек или пару сухих листочков. Они как седина в волосах любимых людей, напоминают о быстротечности, о конечности, о вечности. Может в самом начале или в середине лета цветочные бордюры еще тщательно чистили, пропалывали и обрезали, а в конце лета кажется на них все махнули рукой не сговариваясь. Еще немного постоят они, а затем... Затем все равно зима. 

Потому я никогда не сажаю цветочных бордюров. А вместо них у меня вечнозеленый плющ тянется сплошным ковром вдоль заборов. Ну да, не цветет он... Но и не отцветает же. И не умирает. Я лично закома с плющом, которому больше ста лет, прохожу мимо него каждое утро, здороваюсь. Мне очень хочется, чтобы рядом было хоть что-то, что не умирает. Потому что с осенью всякий раз попадаешь на принудительную репетицию смерти.

Лето убегает. Убегает... убегает... как молоко из забытой кастрюльки на плите. Только и оставляет после себя работу —  все отмыть да отчистить. Да еще легкий запах дыма от сгорающего без остатка праздника.



excuses? excuses!

Меряем школьные формы.

Эрика мерять не хочет, упала на кровать, демонстрируя крайнюю степень отчаяния.

— Я не могу идти в школу. Я больна.

— И что же болит? — как бы между прочим интересуюсь я.

— Вот тут рука болит. И зуб шатается.


пс. Ну что же, наверное это и впрямь очень серьезно, так и напишу в школу. 


Уважаемые учителя, 

Эрика не сможет посещать занятия в первом полугодии, потому что на прошлой неделе поцарапала руку о розовый куст и там осталась небольшая царапина* (описание царапины прилагается). Царапину уже почти не видно, но Эрику все равно она очень беспокоит, возможен посттравматический шок. А еще у Эрики шатается зуб** (описание прилагается).

В связи с вышеуказанными обстоятельствами просим не беспокоить Эрику также и домашними заданиями. О новых обстоятельствах, а так же о любых изменениях сообщим дополнительно.


С уважением,

много повидавшая на своем веку, но не сдающаяся все равно, мама Эрики.


* Царапина на левой руке длиною в три сантиметра, шириной 0.2мм. Глубину не измеряли за отсутствием необходимости.

** Зуб шатается первый, нижний слева. Первый страх прошел, но Эрика все равно заявляет, что он причиняет ей чудовищные моральные страдания. Пугают так же перспективы. Вот эта потеря целостности, внезапное расставание с чем-то, что было частью ее самой. Да, определенно возможен посттравматический шок.