May 16th, 2020

Чердачные истории

Мой дядя был не самых честных правил, но зато зубной техник.

Дома у него была такая комната где стояло настоящее кресло и иногда приходили люди с которыми он за закрытой дверью проделывал какие-то штуки. Дядя умер рано, я была еще маленькой и оставил после себя все хозяйство, которое снесли на чердак. После себя дядя еще оставил восемь детей, младшие из которых — мои ровесницы близняшки были со мной не разлей вода стоило маме привезти меня туда на лето. Вместе, втроем мы составляли некоторое подобие трехголового дракона. Огнедышащего и беспощадного. Надо заметить, что близняшки были на три месяца старше меня и на две головы опытнее и продвинутее во всех доступных смыслах. Сами по себе близняшки были «огонь» по единодушному мнению окружающих, но терпимы и местами даже сговорчивы. Но стоило приехать третьей голове — мне... И тут происходило что-то вроде химической реакции. Близняшкам во что бы то ни стало нужно было показать свои возможности перед изнеженной по их мнению городской жительницей и столичной родственницей. Они просто лезли из шкур, чтобы вдохнуть в меня жизнь и надо заметить у них это неплохо получалось.

Вообще-то я приезжала к бабушке и дедушке. Но это официально. Неофициально я была у близняшек или вообще в джунглях. 

Тут надо наверное рассказать что такое «джунгли» в том нашем первобытном понимании. Раньше мне казалось, что сад моего деда огромен. Теперь он мне кажется просто большим, но раньше он был просто огромен. Сад был поделен на зоны. Где-то было больше овощей, где-то сплошные фруктовые деревья, где-то были густые заросли айвы с ветками похожими на толстые лианы, где-то ряды винограда, была и пасека, непроходимые кусты малины, виноградный молодняк и участок где дед занимался селекцией винограда. Виноградные кусты были практически везде. А где-то в центре всего рос безумный абрикос. Он служил компасом, флагом, ориентиром, указателем, домом и столовой одновременно. На нем дед упражнялся и довел свой метод до совершенства. На одной ветке росли крошечные и очень сладкие абрикосы. На другой огромные белые. На третьей розовобокие и кисловатые. На четвертой самые обычные дикие жердели. На этом дереве можно было жить. И мы жили. Дело в том, что при гастрономическом изобилии возвращаться в дом для завтраков, обедов и ужинов было совсем не обязательно. Словить нас на такой территории и при нашей прыткости никто не мог. Потому когда мы возвращались вечером домой нас пересчитывали и были просто рады, что еще один день прошел и все на месте. В таком месте как сад деда мы были всегда сыты. Там был выбор пороскошнее чем в супермаркете! Можно было отпрвится на грядку с горохом. Можно было надергать молодой морковки, ополоснуть ее в большом чане с водой и тут же рядом сесть и хрустеть ею вперемешку с песком на зубах. А вот это незабываемое ощущение когда можно было играя в прятки, спрятаться внутри виноградного куста и пока тебя ищут объесть его весь! 

А чего нам только не приходилось вытворять! Мы рыли землянку, в которую потом проваливался кто-то из взрослых, мы глумились над пчелами пока они в ответ не поглумились над нами, мы закапывали в саду тайники, мы делали дома на деревьях и сыпались оттуда как груши, чудом избежав переломов и увечий, мы делали чучело, используя одежду из сундуков, о которой все вначале забыли, но потом вспомнили и сильно разозлились, мы добывали глину и месили ее ногами, мы делали мазанную печь и готовили на ней настоящий суп, мы вытаскивали морковку съедали до половины и засовывали ее обратно, мы спасали соседских котят, которых хотели утопить... Короче мы жили абсолютной и полной жизнью. Мы наслаждались свободой. Той самой, которая для многих является чем-то совершенно абстрактным и недосягаемым. 

Collapse )